Олег Малыхин

Что не могут арестовать и забрать судебные приставы – интересует почти каждого, кто когда-либо брал кредиты. Ведь не всегда все идет по плану, внезапно человек оказывается без работы или постоянного дохода, заболевает или не справляется с возложенным на него финансовым бременем. Отдельно собирается долг по коммуналке, если их не платить, то в какой-то момент управляющая компания тоже подаст в суд, как и банк, который устал ждать свои финансы. Если после слушаний заемщик все равно не вносит платежи и не пытается обговорить возможность пересмотреть задолженность, то все закончится людьми в погонах, которые придут описывать имущество.

Перекредитование давно стало привычным инструментом снижения долговой нагрузки: на первый взгляд достаточно оформить новый договор на более лояльных условиях, погасить старый и наслаждаться уменьшившимся ежемесячным платежом. На практике все сложнее. Финансовая организация оценивает десятки параметров, проверяя каждое обращение очень детально. Даже дисциплинированный плательщик с идеальной историей платежей порой получает неожиданное «Отказано» – без подробного объяснения.

Банкротство кажется весьма понятным и простым термином, который редко может иметь какие-то разночтения или трактоваться двояко, однако именно оно вызывает ряд споров, нередко доходящих до крупных судебных разбирательств. И если с банкротством физических лиц и банкротством организаций более или менее знакомы хотя бы обще даже те, кто ни разу не сталкивался с этим процессом, то банкротство банка зачастую вызывает море вопросов, из которых основной: если банк обанкротился, нужно ли платить кредит?